Владимир Еремин © 2009-2017

Причастный к касте бессмертных

«Аргументы Недели» № 47 (439) от 11 декабря 2014

 

 

Владимир ЕРЁМИН – человек многогранный: актёр, сценарист и продюсер. Снялся в фильмах: «Рэкет», «Что сказал покойник», «Зависть богов» и др., по его сценариям сняты фильмы: «Любовь – предвестие печали», «Хочу в тюрьму»... Минувшей осенью Владимир закончил съёмки в 12-серийном мистическом фильме Александра Муратова «Алхимик», где сыграл человека, причастного к касте бессмертных. В эфире этот фильм ещё не появился, но уже готов сценарий второго сезона. Убитый в первой части герой Владимира воскреснет во второй для новых приключений…

 

- Владимир, вас называют «Человеком Ренессанса» за то, что вы преуспели во многих своих киноспециальностях. Вы считаете, что талантливый человек талантлив во всём?

 

– Человек талантливым во всём быть не может, это просто общая фраза, и, как все банальности, она далека от правды. К примеру, любая бытовая поломка ставит меня в тупик. До сих пор не понимаю, как по проводам бежит электричество. А уж каким образом по Интернету можно передать фотографию или музыку – для меня тайна за семью печатями. А за разные профессии я брался вовсе не для того, чтобы преуспеть, а больше из любопытства. Или потому, что к этому есть склонность, а склонность сама по себе устремляет куда-то человека. Это как в актёрской игре, знаете. Актёр не может не играть, иначе он рискует заболеть от того, что не пользуется собой как инструментом. Хвост виляет собакой, понимаете? Актёр – заложник игры. Любой одарённый человек в какой-то степени – заложник своего дара.

 

– Вас часто узнают на улице?

 

– Как это ни удивительно, но чаще всего сотрудники ГИБДД, увидев меня, вспоминают фильм начала 80-х «Криминальный квартет». В каком-то смысле «Квартет» наш стал культовым, его часто крутят по телику, и это продлевает ему жизнь. Но среди тех, кому я не безразличен, встречаются люди и из других сословий. Например, недавно в поезде ко мне подошёл священник – настоятель храма одного из крупнейших российских городов, и, сказав хорошие слова, подарил книжку своих стихов, очень, кстати, талантливых, написанных в такой тютчевской традиции. Случается, что меня узнают не глядя, по голосу – и при этом даже называют и мои фильмы, и зарубежных актёров, которых я дублировал в кино.

 

– Из журналистов, которых вы переиграли в кино, вполне можно составить редколлегию. Роли журналистов предлагают, потому что знают о вашей любви к сочинительству?

 

– Журналистов в самом деле я переиграл немало и думаю, не потому, что прослыл пишущим, видимо, типаж однажды сработал неплохо – в том же «Криминальном квартете». А потом клише так и закрепилось.

 

– Сами как к СМИ относитесь? Кто для вас журналисты? Глаза и уши общества или пакостники?

 

– Было бы неправильно огульно утверждать, что все журналисты – такие или сякие. Они все разные – и чёрненькие, и жёлтенькие, и в крапинку. Другое дело, что нынешние времена требуют от честных журналистов мужества и отваги, на которые не все способны. Можно ли требовать от человека героизма? Кто он – каждый для себя решает сам. Но сохранять порядочность – необходимо. Нельзя писать заведомые гадости, вводить в заблуждение читающую публику. Категорически нельзя звонить в клинику и предлагать деньги за своевременную информацию о кончине человека, который находится в реанимации между жизнью и смертью.

 

– В соавторстве со своей женой Дуней Венской вы опубликовали несколько книг для детей. Случались ли в вашей совместной работе конфликты?

 

– На самом деле повесть для детей «Батакакумба, или Полосатое лето» у нас одна, просто она выходила частями, в трёх книжках. Соавторство, как водится, было обычным: Дуня сидела дома и охраняла рукопись, чтобы не спёрли конкуренты, а я бегал по издательствам и пытался её пристроить… Если серьёзно, то сначала нами был написан сценарий, и по нему снят одноимённый 6-серийный фильм. Но фильм не выразил всего, нами задуманного, и пришла идея дополнить его книжками. Процесс их написания шёл в непрерывных жестоких спорах, перераставших в скандалы с криками и битьём посуды. Дело едва не кончилось разводом, но в результате мы всё-таки остались вместе, и по той только причине, что у меня характер не такой въедливый, как у моей жены. К тому же я старался держать себя в руках, чтобы не остаться без обеда или ужина…

 

Кстати, хочу обратиться ко всем нашим согражданам. Нам сейчас больше всего необходима терпимость по отношению друг к другу. Мы все такие разные – разных верований, убеждений, вкусов, пристрастий… И мы имеем право быть разными. Нам, согражданам одной страны, говорящим на одном языке, живущим на одной земле, почему бы не перестать видеть друг в друге врагов, перестать уничтожать друг друга? Все мы почувствуем необычайное облегчение, если прекратим агрессию, которая в первую очередь разрушает нас самих. Линия раскола общества, всё чаще проходит через чьи-то семьи, разрушает чьи-то крепкие когда-то взаимоотношения. Это очень опасно, и опасно, как никогда. Надо сказать себе: «Хватит! Кто это сделает, если не мы?»

 

Татьяна НИКИШИНА

подробнее